Дизайн

Интерьер в стиле COVID-19. Интервью с дизайнерами DVEKATI

«Нам не нужен скандинавский минимализм повсеместно», — говорят Екатерина Сванидзе и Екатерина Любарская.

Партнеры студии DVEKATI Екатерина Любарская (справа) и Екатерина Сванидзе

Студию DVEKATI основали в 2009 году дизайнеры Екатерина Сванидзе и Екатерина Любарская, за это время они спроектировали десятки общественных и частных интерьеров.

В 2020 году студия стала победителем премии AD Design Award 2020 в номинации «Офисы». Партнеры студии DVEKATI Екатерина Любарская и Екатерина Сванидзе в интервью «РБК-Недвижимости» рассказали, какими должны быть общественные интерьеры— офисы, кафе, рестораны, отели, как они изменятся в обозримом будущем и что нужно делать, чтобы они превратились в по-настоящему интересные живые пространства.

— Общественные интерьеры— это все те пространства, в которых мы оказываемся, как только покидаем квартиру: подъезд, супермаркет, вестибюль метро, офис, коворкинг, школа, ресторан, музей. Каким должно быть современное общественное пространство?

Екатерина Сванидзе: — Мы большую часть жизни проводим в общественных интерьерах— от детского сада до взрослой жизни, все учреждения, заведения, в которых мы бываем, обладают интерьером. Мы с вами в этой среде находимся постоянно и каждую минуту взаимодействуем с результатами деятельности дизайнера или архитектора, которые создают материальную среду обитания человека.

Первое и главное качество современного пространства— универсальность. В офисе современный человек не только сидит за рабочим столом. Он пьет кофе с коллегами, во время перерыва занимается йогой или бегает на беговой дорожке в спортзале. А в кафе, наоборот, посетители приходят не только съесть карбонару, но и посидеть с ноутбуком. Кафе трансформируются в коворкинги— теперь в них обязательно должны быть Wi-Fi и розетки для зарядки.

То есть современное общественное пространство должно выполнять много функций. Тем более в условиях пандемии, в которых мы живем более полугода. Арендаторам приходится думать, как изменится их бизнес и для чего еще может пригодиться, например, помещение ресторана.

Из портфолиоDVEKATI
Из портфолиоDVEKATI

(Фото: DVEKATI)

— У ресторанов и кафе вариантов немного— либо закрыться, либо работать на доставку. Чем тут может помочь архитектура и дизайн?

Екатерина Любарская: — Легче адаптировать под новые задачи те помещения, в интерьеры которых изначально заложена многофункциональность. И в «мирное время» гибкость интерьера позволяет пространству работать в разных сценариях в зависимости от потребностей посетителей. В рабочий день кафе обслуживает офисных работников, приходящих на бизнес-ланч и назначающих здесь деловые встречи, а вечером пятницы превращается в место для вечеринок.

Когда исходная планировка пространства подразумевает вариативность, чтобы обновить и осовременить оформление ресторана или кафе, не нужно затевать капитальный ремонт— интерьер меняется за пару недель. Порой достаточно изменить цвет стен, потолка и напольных покрытий, оформление посадочной зоны, убедиться в наличии розеток для подзарядки гаджетов. Можно освежить фасады и разработать единый дизайн-код для интерьера и экстерьера.

Фото: DVEKATI

Фото: DVEKATI

— Как изменилась интерьерная мода за последние 10–20 лет? Почему вычурные интерьеры вышли из моды?

Екатерина Сванидзе: — Это связано с политическими событиями и экономической ситуацией в России и остальном мире. В СССР не было ничего частного, все принадлежало государству, а выбор отделки и мебели оставлял желать лучшего.

После распада Советского Союза вдруг появилась частная собственность и кое-какое разнообразие на мебельном рынке. 2000-е годы— время избыточных интерьеров. Людям хотелось роскоши: шелковых простыней, золотой фурнитуры, модной электроники.

Сейчас мы подошли к фазе, когда народ пресытился. У образованного, начитанного, побывавшего в разных странах современного человека сменился фокус внимания. Россияне начинают интересоваться современным искусством, вопросами экологии, устойчивого потребления, их интерьерные предпочтения меняются в лучшую сторону, наконец стало неприлично использовать в интерьере так называемые реплики— то есть подделки под культовые вещи.

Фото: DVEKATI

Фото: DVEKATI

— Почему нельзя размещать в интерьере реплику, если хочется иметь дизайнерскую вещь и копия позволяет оптимизировать бюджет на интерьер?

Екатерина Сванидзе: — А почему нельзя носить подделку сумки Chanel? Подделка— это не искусство, это некая вещь около искусства. Оригинальные предмет— это уникальная технология производства, которую тщательно оберегают десятилетиями, это высококачественные материалы, своя уникальная легенда. Мастера и промышленные дизайнеры придумывают сложные технологии изготовления авторской мебели.

Но мы живем в мире, в котором подделывать мебель стало легко. Например, в Китае научились подделывать практически всё. И так как оригинальная дизайнерская мебель удобная и яркая, ее реплики охотно покупают, не задаваясь вопросом, где она производится, как перерабатывается, сколько прослужит.

Усугубляет проблему и то, что простой человек не всегда может отличить культовый стул от подделки. В процессе реализации проекта винотеки на Бауманской у нас произошел такой инцидент. Для этого проекта мы скрупулезно подбирали винтажную мебель, кое-что изготовили на заказ. Не купили только барные стулья. И когда пришли на открытие бара, обнаружили стоящие рядами китайские реплики известных культовых стульев 1928 года. Но владельцам бара и в голову не приходило, что это подделки и их нельзя ставить в дизайнерский интерьер. Конечно, по нашему настоянию стулья быстро заменили.

Тотже принцип— инвестировать в настоящие, оригинальные вещи— действует и при выборе предметов искусства для интерьера. Сейчас появилось много молодых дизайнеров и художников, у которых можно купить какую-то единичную или мало тиражируемую вещь. Это очень здорово. К томуже никогда не знаешь, кем станет этот художник через десять лет и насколько поднимется цена на этот арт-объект.

Фото: DVEKATI

Фото: DVEKATI

Екатерина Любарская: — Подделка в интерьере, который собирался под кураторством дизайнера, такойже дурной тон, как еслибы стилист посоветовал вам носить подделку сумки от Louis Vuitton. Нужно помнить, что всегда есть альтернатива— существует множество брендов с современным оригинальным дизайном. Вдобавок, в отличие от дорогой отделки шпоном и ониксом, объекты искусства и предметы промышленного дизайна— картины, мебель— можно забрать с собой при переезде и интегрировать в новое пространство.

— Какие нетипичные материалы вы используете в интерьерах?

Екатерина Сванидзе:— Мы любим туф и ракушечник. Эти натуральные материалы использовались еще в Советском Союзе для облицовки различных городских учреждений. Вспомните подмосковный санаторий «Сосны», московский Центральный дом художника, павильоны на ВДНХ, которые не подверглись тотальной реконструкции,— все они отделаны натуральным известняком. Даже здание Центросоюза в Москве, единственное построенное по проекту Ле Корбюзье, отделали красным туфом из Армении, надо сказать, на удивление самого автора проекта. В общем, этот прекрасный натуральный камень преимущественно и формировал колористический облик советских городов.

Сейчас ракушечник не пользуется популярностью. Дело в том, что большинство людей в современной России с ужасом вспоминают свое советское прошлое. Стесняются тех лет, когда не было свободы, денег, возможностей. А ведь СССР оставил нам прекрасное архитектурное наследие, признанное во всем мире, — конструктивизм и советский модернизм. Какими архитектурными стилями, появившимися после модернизма, мы можем гордиться? К сожалению, гордиться особо нечем.

Словом, мы с Катей долго любовались фасадами советских зданий, а потом подумали: почемубы не использовать этот фасадный материал в отделке наших интерьеров? Это недорогой, красивый, натуральный материал, добывается у нас в Дагестане и соседней Армении. Не нужно заказывать втридорога поставки из Европы, ждать, когда доставят травертин из Италии. Совсем рядом есть отличное решение. Мы использовали ракушечник в интерьере винотеки на Бауманской, прибегаем к этому приему при работе над частными интерьерами.

Фото: DVEKATI

Фото: DVEKATI

— Многие компании последние годы стали делать модные офисы. Но они все какие-то одинаковые.

Екатерина Любарская: — Изменились приоритеты. 20 лет назад руководители компаний ставили задачу произвести на партнеров впечатление. Был курс на солидность, респектабельность, роскошь. Это было время внушительных конференц-залов и шикарных кабинетов начальства, обшитых шпоном экзотических деревьев. Рядовые сотрудники при этом размещались в унылых, однообразных опен-спейсах.

Но со временем все осознали, что неплохобы подумать о сотрудниках. Ведь для хорошего специалиста нужно создать условия. Ему нужны зона отдыха, кухня, диван или изолированный уголок, где он сможет поговорить по телефону. И корпоративные интерьеры стали дружно меняться. То есть похожесть офисов— это лишь результат общего тренда, офисный интерьер ориентирован на сотрудников.

Фото: DVEKATI

Фото: DVEKATI

— Стоитли компаниям в принципе инвестировать в офисный интерьер сейчас, учитывая, что, по прогнозам, в офисы вернется лишь часть работников, а те, что вернутся, будут работать в офисе не каждый день? Может быть, время дизайнерских офисов уходит?

Екатерина Любарская: — Работодатели по-прежнему рассматривают стильный офис как конкурентное преимущество в борьбе за креативные кадры. Быть может, офисы изменятся— станут служить больше для встреч команды, для работы в проектных группах, чем для работы каждый день. Во время пандемии у нас идут несколько проектов дизайн-трансформации офисов— компании используют время, когда сотрудники временно работают из дома, чтобы сделать ремонт.

Екатерина Сванидзе:— И главная инвестиция компании, создающей себе офис по авторскому дизайн-проекту,— это вложение не в интерьер, а в собственные кадры. Классный офис дает творческую энергию сотрудникам, он способствует обмену информацией, облегчает коммуникацию в коллективе.

Фото: DVEKATI

Фото: DVEKATI

— Расскажите о ваших самых необычных интерьерных решениях в офисных проектах.

Екатерина Сванидзе: — У нас есть проекты, сплошь состоящие из нетривиальных вещей. Например, победитель премии AD Design Award— офис PR-агентства Rupor. В нем необычно все: вместо гипсокартонного потолка— прекрасное открытое бетонное перекрытие. Вместо типовых скучных офисных стульев— культовые Pantone Chair, которые соседствуют с простым пластиковым креслом без громкой родословной. Обычно такие пластиковые кресла ассоциируются с летними кафе, имеющими самые скромные требования к меблировке. Но мы поместили их в другую среду— и они «подружились» с каноническими креслами Вернера Пантона.

Зона переговорной отделана панелями из «Леруа Мерлен»— это панели для быстрого и экономного ремонта, но мы рассмотрели в них иной потенциал, нас привлекла их выразительная графика, в нашем проекте они стали играть центральную роль. Опять прием, где привычный материал или предмет, помещенный в другой контекст, приобретает уже совсем другой смысл.

Многое, конечно, зависит от уместности. На 50-м этаже небоскреба «Москва-Сити» подобный интерьер вызвалбы в лучшем случае недоумение. Но в старом районе Москвы, в настоящем конструктивистском доме 1927 года постройки такие решения очень органичны.

Фото: DVEKATI

Фото: DVEKATI

Екатерина Любарская: — Еще важный момент: у нас в стране нет культуры бережного отношения и сохранения своего прошлого, это касается и архитектуры, которая массово уничтожается, потому что построить новое выгоднее, чем реконструировать старое, ну и всего прочего— интерьеров, мебели, декора. Конечно, нужно сразу оговориться, что речь идет о крупных богатых городах, где у человека есть выбор— оставить или выбросить, потому что может купить себе новое. Пока мы медленно идет к тому, чтобы начать ценить бабушкин торшер или вазу как часть своей культуры, не ассоциируя это со старым хламом.

Но, надо сказать, позитивная тенденция всеже есть, особенно это чувствуется в среде молодых людей, которые при Союзе не жили, поэтому имеют отчасти идеализированное и немного романтическое к нему отношение. Вот они как раз очень любят все советское. И мы с Катей боремся за то, чтобы предметы из прошлого могли полноправно существовать в новых интерьерах. В кладовых московских квартир пылятся настоящие семейные реликвии.

Например, работая над частным интерьером в Москве, мы выяснили, что дедушка заказчика, который жил в этой квартире, врач-кардиолог, на досуге писал маслом трогательные пейзажи. Мы оставили эти пейзажи в старых рамах и повесили в новом интерьере. Получилось самобытно, по-настоящему, без притянутой за уши историчности.

Фото: DVEKATI

Фото: DVEKATI

Екатерина Сванидзе: — Мы призываем людей ценить культуру нашей страны. Нам не нужен скандинавский минимализм повсеместно, у нас есть свои интерьерные традиции. Я, например, с большой гордостью всем рассказываю, что Гусевский хрустальный завод делает замечательные люстры и сервизы, которые мы используем в проектах.

— А можно в офисе поставить винтажную мебель?

Екатерина Любарская: — Можно все что угодно. Существует много стереотипов об интерьерах— в офисах нельзя ставить винтажную мебель, на кухне нельзя постелить ковролин, так не принято, люди не поймут, что-то непременно разольется, поцарапается, треснет. Люди так устроены, что тяжело решаются на что-то для них непривычное. Для этого нужна внутренняя смелость и доверие к профессионалу, который создает для них интерьер.

Фото: DVEKATI

Фото: DVEKATI

— Естьли универсальные критерии удобного современного офиса?

Екатерина Сванидзе: — Главное в офисе— умная планировка, это основа. Смарт-зонирование обеспечивает гибкость и многофункциональность пространства. Гибкость— то есть возможность варьировать функционал пространства— обязательное условие. Офисные метры не должны пустовать, особенно сейчас, когда оптимизация— главный тренд.

Если компания не кадровое агентство и не проводит собеседования с утра до вечера, ей явно не нужно десять переговорных. Помимо стандартных переговорных, для встреч и собраний прекрасно служат круглые столы, размещенные в опен-спейсе, отделить их от рабочего пространства можно проницаемой перегородкой. В отсутствие встреч такой стол сотрудники используют для командной или уединенной индивидуальной работы.

В дизайне офисного интерьера приветствуются сдержанные и простые формы. Сложносочиненные решения дороги в реализации и, как правило, быстро устаревают. В офисном интерьере главенствуют принципы функциональности, разумности и удобств.

Дизайнеру нужно учитывать интересы всех социальных групп. Если в компании есть маломобильные сотрудники, важно предусмотреть ширину проходов— так, чтобы могло проехать кресло, пандусы вместо ступеней, если пол расположен на нескольких уровнях. Офисная среда должна быть безбарьерной.

Офисный интерьер должен отвечать критериям экологичности, принципам устойчивого развития (sustainability)— как минимум все материалы должны быть безопасными для окружающей среды и человека. Современный офис стремится соответствовать философии wellness, помогает сотрудникам сохранять здоровье, физическое и ментальное. Разработаны международные стандарты, например Well и Fitwel, по которым сертифицируют офисы, положения этих стандартов полезно брать на вооружение. В интерьере должно быть хорошо человеку— это самое главное.

Источник: realty.rbc.ru

Похожие посты

Как будет выглядеть коворкинг по проекту дизайнеров T+T Architects

Director

Шесть учреждений с функцией госзастройщика перешли в ведение Минстроя

Director

Фестивалю «Архстояние» 15 лет. Вспоминаем, каким он был

Director

Оставить комментарий

* С помощью этой формы вы соглашаетесь с хранением и обработкой ваших данных на этом сайте.

Этот сайт использует cookie для улучшения взаимодействия. Мы предполагаем, что Вы согласны с этим, но Вы можете отказаться, если хотите. Принять Читать далее